Jan. 11th, 2017

dannallar: (Default)
Read more... )
Талибы продолжали постоянно бомбардировать новый окружной центр в Гармшире. Морские пехотинцы пнули своими ботинками гнездо злобных шершней и те не собирались дать им забыть об этом.
Но их внимание в отношении других четырех окружных центров теперь, казалось, быстро менялось. В течении недели или двух, они могли сконцентрироваться на Санджине, и его защитников загнали бы назад, за укрепленные стены. Тогда, без любой видимой причины они оставили Санджин в покое и переключились бы на Нов Зад или каком-нибудь из них.
В течении первых нескольких недель нашего второго тура, они бросили все силы, что у них были, против Каджаки, самого дальнего опорного пункта, в девяносто пяти километрах к северо-востоку от Кэмп Бастион, в правом верхнем углу Зеленой зоны Гильменда. Сам город был не так важен, что бы кричать о нем – это была не более чем деревня. Но контроль над гигантской дамбой Каджаки был другим делом; это было сооружение 100 метров высотой и 270 ширины, перед самым большим озером в Афганистане.
Когда здесь была площадка для игр Холодной войны, Советы построили ее в 1953 году, как жест дружбы. Потом их опередили американцы в 1975-м, желая распространить свое влияния и любовь, построив гидроэлектростанцию на тридцать три мегаватта. Ко времени нашего прибытия, дамба орошала всю провинцию, Нимруз и большой кусок Ирана, и также давала Гильменду все его электричество.
Возьмите дамбу и вы бы контролировали средства к существованию полумиллиона гильмендцев. Потерять ее это было бы стратегической катастрофой. Если бы талибы смогли разрушить ее, они бы породили хаос, погрузив провинцию во тьму – и возложив ответственность за злодеяние на бомбардировки американцев. 
Горная гряда в 3 000 метров возвышалась над юго-восточной стороной дамбы. Самый высокий из трех ее пиков был укреплен десантниками и был занят отрядом из тридцати морпехов. Это был превосходный наблюдательный пункт, с которого просматривался любой подход. Этому месту дали кодовое имя «Арнем».
Морпехи каждый день перестреливались с талибами, прощупывающими подходы к дамбе гидроэлектростанции. Морпехи удерживали их, но талибы их окружили – и были расстроены, получив заслуженный пинок.
Штаб-квартира решила назначить на ГБР/ГБГ 2-е звено в разгар атак талибов на Каджаки-тун; 2-е звено было там дважды. Это давало твердую уверенность, что мы последуем их примеру.
- Готов поставить десять фунтов на то, что мы будем мотаться до сучьего Каджаки и назад, каждый день, без передышки – ворчал Карл. Длительные полеты означали, что он будет пропускать жратву, что тревожило его так же, как и ФОГа. Но никто не поддержал его ставку.
Передача ГБР/ГБГ была всегда после утреннего доклада. Так как задача требовала поднять машину в воздух как можно быстрее, каждый аспект нашего существования в следующие три дня, был скроен под это. Две машины были в постоянном резерве, как и их пилоты должны были быть в них постоянно. Что бы гарантировать постоянную готовность к вылету, мы даже поменялись машинами со 2-м звеном. Пока они забирали свои вещи из «Апачей», мы тащили в них свои.
Моя патронная сумка улеглась под мое кресло и другой хлам, громоздившийся у ботинок, лег в мой баул, как обычно. На кресло я положил мой шлем, заранее подключенный к системе. Я положил в карман слева мои справочные карточки и очки, закрепил карабин в его креплениях и зацепил за него свой жилет выживания, расстегнутый и готовый соскользнуть на меня. 
Карл и я – снова первые пилоты – расписались за наши вертолеты.
- Очень дерзкая малютка Лоло Феррари сегодня Ваша, м-р Мэйси и единственный и неповторимый Тэйлор Райн для Вас, штаб-сержант. – Шеф команды обожал свой новый флот секс-богинь. – Лоло сегодня прекрасно сосет – топливо, разумеется.
Для вертолетов, назначенных на экстренные вызовы, никогда не тратилось время на загрузку специфичных наборов вооружения. Для ГБР/ГБГ всегда шла загрузка «Чарли». Каждый «Апач» вылетал обычно с 300 снарядами к пушке, двадцатью четырьмя НАР и двумя «Хеллфайрами». Остальной запас полезной нагрузки мы тратили на дополнительное горючее в подвесных баках. Это давало нам от девяноста минут до двух часов дополнительного времени, в зависимости от того, куда мы направлялись.
Для ускорения подготовки к вылету, звено переместилось из наших обычных палаток в одну из подготовленных для ГБР/ГБГ в комплексе ОТЦ. Экипажи, назначенных на экстренные вызовы «Чинуков», спали здесь же, с другой стороны.
Нас вызывали на вылет через незащищенные рации, которые мы носили повсюду. Из тех же соображений, что мы использовали тактические позывные, мы также имели собственные коды для экстренного вызова. Мы не хотели, что бы талибы знали, что Старший брат уже в пути. Коды были подобраны по темам – поп-звезды, футбольные команды, литературная классика, на выбор оперативного офицера – и менялись каждые несколько недель.
Экипажи ГБР/ГБГ делали все возможное, что бы сократить время вылета. Мы ели вместе, умывались вместе, работали вместе. Поскольку было только две рации, если один из нас должен был куда-то отойти, его напарник шел с ним.
Мы не вылетали на каждую перестрелку, только в половине случаев. Наши командующие отказывались привлекать нас, если не были твердо уверены что это необходимо. Им, возможно, могли понадобиться наши ограниченные полетные и машинные часы позже. Это был хитрый баланс.
Я как-то провел в кабине, уже готового к старту и стоящего на взлетной полосе «Апача» четыре часа, в то время, как шло избиение Санджина. Они не хотели что бы мы взлетали и хотели что бы мы шли туда на всех парах, только в том случае, если будет реальная угроза начала штурма окружного центра.
- Вы наша козырная карта – сказал нам бригадир. – Это игра в покер с этими ублюдками. И хороший игрок в покер придерживает свои тузы, пока может.
Приказ на взлет шел от авиадиспетчера бригады в Лашкар Гах. Только они имели полное представление о идущей битве и знали, как лучше распорядиться своими тонкими как бумага ресурсами. Правда была в том, что им отчаянно было нужно больше тузов. Что бы помочь им, наш оперативный офицер слушал наземную сеть, что бы отправить нас как можно быстрее. Он часто отправлял нас на взлетную полосу еще до того, как поступал вызов из бригады. Тогда, все что нам оставалось, это лишь прибавить газу. 
Конечно же, нам не пришлось долго ждать нашего первого вызова в Каджаки – пять часов и сорок три минуты после передачи, если быть точным. Мы только что закончили ланч. Билли согласился подождать на камбузе с Карлом и одной из раций, что бы Карл мог спокойно доесть свой кусок земляничного чизкейка – его любимый. Спуск отправился обратно в ОВО, я потащился назад к палатке ГБР/ГБГ со второй рацией. Я хотел написать письмо сыну. Электронные письма и телефон отличная идея, но ничто не может заменить почту. Это более интимное; связь между вами становится более осязаемой. Я начал писать. В тишине палатке голос из рации заставил меня подскочить.
- БАРТ, ГОМЕР, СПРИНГФИЛД, ПИЦЦА.
Это была неделя темы «Симпсонов». Спуск и я были Бартом, Гомер был общим вызовом для ГРГ; все четверо должны были прибыть в оперативный штаб, быстро.
Я схватил рацию что бы ответить 
- Барт, Спрингфилд, Пицца.
Очевидно, что-то серьезное началось в Зеленой зоне. Оставив письмо сыну на раскладушке, я выбежал из палатке и помчался вверх через сорок пять ступеней деревянной лестницы, специально построенной для нас через высокую стену из гамбионов «Хеско». Мои ноги гудели, когда я приземлился на пыльную дорогу перед ОТЦ. «Экипаж вертолета» - прокричал я часовым, когда ворвался внутрь в палатку ОВО.
Дежурный оторвался от своей рации. 
- Каджаки атакуют. Босс уже за соседней дверью.
- Принял.
Я схватил свой Черный Мозг из стального секретного ящика, когда Билли и Карл ворвались в палатке. Камбуз была в добрых 700 метров отсюда. Билли и Карл прихватили Лэндровер на ланч, но лица у них еще были красные от бега. Не идеально для переваривания клубничного чизкейка.
- Это Каджаки, парни. Билли, дуй в соседнюю дверь. Карл, за мной.
Для пущего ускорения, второй пилот, он же стрелок-оператор, всегда задерживался в ОТЦ для быстрого инструктажа об продолжающемся инциденте от наземного оперативного офицера, пока первый пилот суетился пчелкой, готовя вертолет к взлету. 
Карл завел стоявший перед ОТЦ Лэндровер, круто развернул его влево и промчавшись 200 метров по грязной дорожке завернул влево опять. Слегка притормозив, мы на скорости перемахнули через металлический мосток, переброшенный через ирригационную канаву и свернули направо к ангарам. Тормоза завизжали и мы промчались бегом последние семьдесят пять метров к пунктам перевооружения. Наши два «Апача» уже были облеплены наземниками.
Десять минут спустя, Спуск и Билли появились на краю полосы. Они воспользовались тропинкой между ОТЦ и взлетным полем. Я толкнул вперед дроссель для запуска двигателей и в ту же секунду Босс захлопнул свою дверь. Мы взлетели через двадцать две минуты. Только когда мы набрали 3 000 футов, Босс отдышался и дал мне указания. 
- Это Арнем. Они под сильным обстрелом с трех разных огневых точек: с севера, северо-запада и запада. Крупнокалиберные, ракеты и туча РПГ. Парень уже получил 7,62 в голову – хорошая работа, он не забыл надеть свой шлем. Выглядит так, как будто талибы в самом деле пытаются взять позицию.
- Понял.
- Пять Ноль, Пять Один – гуляем. – Гуляем означало требование вдавить педаль газа в пол.
Это была худшая атака на Арнем. И мой монокль сказал мне, что мы все еще в двадцати восьми минутах полета от них. Я выжал максимум мощности, крутящий момент прыгал около 100 процентов. Как только он падал до 90%, я выжимал нос вниз и добавлял мощности снова. Мы перли напролом; прямая линия, максимальная скорость.
У нас не было времени проверить оружие на земле при быстром вызове ГБР. Так что пришлось делать это по пути. 
- Моя пушка.
Я посмотрел до упора вправо, влево, вверх и прямо вниз. Пушка следовала за каждым моим движением.
- Твоя пушка.
Спуск сделал то же самое.
- Давай НАР.
Активировав НАР, он проверил что его направляющий курсор появился на его экране TADS и их правильное количество отразилось на его странице вооружения.
- Давай совместно.
Я совместил «I» Босса со своим моноклем, когда он двигал свой TADS.
- Хорошее движение; совместный пуск подтвержден, Босс.
- Хорошо. Мои ракеты.
Символы «CMSL» появились в моем монокле.
- Наведение ракет по лазеру включено, м-р М. Твои ракеты.
Я посмотрел вниз и налево; головки наведения «Хеллфайров» следовали за движением моих глаз.
Я попытался представить себе сцену в Каджаки; как мы собирались заходить на цели. Излюбленной вражеской позицией был напоминающий каравай хлеба холм между двумя вади, в двух с половиной кликах к северо-западу от Арнема. Он был известен как Святыня, потому что там был похоронен какой-то мулла несколько лет назад. Место был отмечено невзрачными зелеными, красными и белыми флагами; типичная афганская могила. 
Талибы действовали всегда одним и тем же способом. Они устанавливали свое оружие, устраивали по нашим парням на горе хороший обстрел и удирали, как крысы в водосточную трубу, в три или четыре старых туннеля на западном краю, как только мы появлялись.
Я надеялся, что морпехи будут под обстрелом со стороны Святыни, потому что это наиболее безопасное место для того, что бы могли атаковать: ни строений, ни сопутствующих потерь. Если бы талибы были на Соколе, это было бы уже сложнее. 
Сокол бы нашим кодовым названием пика сразу к западу от Арнема, менее чем 400 метров вдоль того же самого хребта. Враг использовал его обратные склоны и наши парни узнавали что они там, только когда снаряды начинали рваться у них между ног. Пока мы не накрывали Сокол своим огнем, они вели перекидной огонь по Арнему, особенно если мы были вынуждены вести огонь с запада.
Из доклада обстановки Спуска, выходило что враг был и на Святыне и на Соколе. Выходило, что он был повсюду. 
- Вдова Семь Восемь, это Урод Пять Один. Как вы слышите меня? – как командир звена на вылете, Босс подключился к сети наземных наводчиков в Арнеме.
- Урод, Вдова Семь Восемь, Лима Чарли. Вы меня?
- Также Лима Чарли. Мы два «Апача», несущие 600 тридцать Майк Майк, сорок восемь ракет и четыре «Хеллфайра». Позывные Урод Пять Ноль, Урод Пять Один. Запрашиваем обновление данных.
- Принято Урод Пять Один. Мы под пулеметным огнем и обстрелом РПГ со стороны Сокола. Мы думаем что они попытаются в самом деле штурмовать нас. Подтвердите, что знаете наше местоположение.
- Подтверждаю – я брал Босса в Каджаки при нашей второй попытке ознакомительного облета.
- Также, Урод Пять Один, будьте в курсе, у меня на связи «Харриер» GR7: позывной Верхолаз…
Хорошо. У морпехов теперь была и тяжелая артиллерия и кавалерия.
- Он собирается сбросить 500 футовую бомбу на верхушку Сокола. Я хочу что бы Уроды отследили и убили всех выживших после удара Верхолаза.
- Урод Пять Один, принял все. Есть у вас еще какие-нибудь цели для нас?
- Вдова Семь Восемь, подтверждаю. Вы знакомы с районом Святыни?
- Так точно.
- Враг обстреливает нас ракетами откуда-то рядом с вершиной Святыни. Огневая позиция пока не определена. Можете найти и также уничтожить талибов, пожалуйста?
- Подтверждаю.
- Принял. Еще одна вещь, Уроды: можете дать мне ваше время до цели?
Грохот очереди тяжелого пулемета отозвался эхом в микрофоне авианаводчика и мы могли слышать короткие команды на заднем плане. Наш авианаводчик был очень спокоен для человека, собирающегося пережить атаку первосходящих сил хорошо обученных сил партизан. Но они почти всегда такими были. Это было свидетельство их подготовки, профессонализма и прежде всего, храбрости.
- Урод Пять Ноль, мы будем у вас примерно через восемь минут.
Мы поделили работу.
- Я потратил эпохи на Святыню, Босс. Если мы ее возьмем, Билли и Карл могут заняться Соколом.
Спуск передал детали задачи нашим ведомым.

- Принял все. Удачи вам.

Profile

dannallar: (Default)
dannallar

September 2017

S M T W T F S
     12
3456789
101112131415 16
171819202122 23
24252627282930

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 24th, 2017 05:00 am
Powered by Dreamwidth Studios